.RU

Рэйчел Кейн Пиршество демонов - 8

1. /pirshestvo_demonov.docРэйчел Кейн Пиршество демонов

8


Дни сменяли друг друга, и, в виде исключения, никаких чрезвычайных событий не происходило. Жизнь нормализовалась – насколько это было здесь возможно. Клер ходила на занятия, Ева – на работу, Майкл давал уроки игры на гитаре – после концерта во «Встрече» желающих стало гораздо больше. А Шейн лодырничал, хотя, казалось, был чем-то сильно озабочен.
В конце концов до Клер дошло, что он думает о субботе и приглашении, но не хочет обсуждать это с ней.
– И что, интересно, мне делать? – спросила она у Евы. – Может, ему стоит позвонить и сказаться больным?
– Шутишь? Думаешь, они поверят? Если ты получаешь приглашение такого рода, ты идешь. И точка.
– Но… – Клер чуть не уронила стаканы, которые доставала из буфета. – Но значит, эта жуткая суч…
– Выбирай выражения, девушка.
– Эта ведьма заставит его пойти с ней!
Подобная мысль рождала в груди Клер слепую ярость, и не только из-за того, что Шейна так сильно расстроило общение с Исандрой. Ей было невыносимо думать, что он будет находиться рядом с той чертовкой, которая станет прикладывать тонкие бледные пальцы к его груди, чтобы почувствовать биение сердца…
Но Шейн вообще не желал упоминать о бале, и Клер не представляла, как ему помочь.
Несколько мгновений Ева задумчиво смотрела на нее.
– Ну, там будет целая толпа. Шейн не останется с ней один на один.
– Что?
– Майкл тоже идет. Я узнала приглашение, когда оно пришло. Правда, я его не открывала.
У Евы были все основания ожидать, что Майкл позовет ее с собой. Таким образом, только Клер оставалась в стороне, что снова пробудило в ней негодование. На этот раз она злилась на себя – ибо осознала, что ревнует и не хочет, чтобы Шейн куда-то отправился без нее. Что делать, как избавиться от этих недостойных чувств?
Под их влиянием она слишком резким движением поставила стакан с колой на стол перед Шейном, и он взглянул вопросительно на нее. Ева уже заняла место за столом; Майкла дома не было, но, похоже, Еву это не тревожило – вероятно, он сказал ей, куда идет.
«Приятно сознавать, что хоть кто-то обсуждает свои дела друг с другом», – подумала Клер.
– Что? – Шейн отпил глоток. – Я забыл сказать «спасибо»? Ну, спасибо. Лучшая кола в моей жизни. Ты сама ее делала? Какой-то особый рецепт?
– Какие у тебя планы на субботу? – спросила она. – Я подумала, может, мы могли бы пойти в кино или…
Это было слишком в лоб. Шейн мгновенно все понял, а Ева чуть не подавилась лазаньей. Молчание затягивалось. Клер ковырялась в своей тарелке, чтобы хоть куда-то девать глаза.
– Я не могу, – наконец ответил Шейн. – Полагаю, ты знаешь почему.
– Ты пойдешь на этот бал, – сказала Клер. – С подругой… Бишопа.
– У меня нет выбора.
– Уверен?
– Конечно… Почему ты заговорила об этом?
– Потому что… – Клер так глубоко вонзила вилку в свою лазанью, что царапнула по тарелке. – Потому что Майкл идет. И Ева наверняка тоже. А что, по-твоему, мне делать?
– Шутишь? Или умом тронулась? Ты намекаешь, что хочешь пойти на вампирское сборище? Я, например, совсем не хочу.
– Мне казалось, ты ненавидишь ее. Исандру. А сам идешь с ней.
– Иду. А как я могу не идти?
Шейн набил рот, явно давая понять, что разговор окончен.
– Может, мне… ну, не знаю… уехать? – предложила Клер. – Потому что все это уже напоминает реалити-шоу, в котором я не хочу участвовать.
– Я не обсуждал это с тобой, потому что ты ничего не можешь сделать. И никто не может.
– Прекрати говорить с набитым ртом!
– Ты сама спросила!
– Я… – Внезапно к глазам Клер прихлынули слезы. – Я просто хотела, чтобы ты поговорил со мной, вот и все. Но ты, видно, даже на это неспособен.
Подхватив тарелку и стакан, она поднялась в свою комнату. Пришел ее черед закатывать истерику, хлопать дверью, дуться; и, черт побери, она собиралась оттянуться по полной.
Едва закрыв за собой дверь, она разразилась слезами, поставила все на комод и рухнула на постель. Давненько она так не плакала, да еще по столь глупому поводу, но просто не могла справиться с собой.
В дверь постучали.
– Уходи, Шейн!
Но сердце ее говорило совсем другое – и он, должно быть, услышал, потому что открыл дверь. Она ожидала, что Шейн бросится к ней, заключит в объятия, но вместо этого он просто стоял у порога с видом досадливым и смущенным.
– Что на тебя нашло? – спросил он, но от этого вполне разумного вопроса Клер почему-то расплакалась еще горше. – Мне придется напялить какой-то идиотский прикид и целый вечер притворяться, будто я вовсе не хочу проткнуть колом сердце этой суки. А тебе ничего подобного делать не надо.
– Я думала, ты ненавидишь ее, но ты идешь! Почему?
– Потому что она пообещала убить тебя, если не пойду. И я понимаю – это не пустая угроза. Ну что, теперь довольна?
Он тихо прикрыл за собой дверь. Клер задыхалась от жуткой боли в груди, сердце, казалось, вот-вот остановится.
Наконец слезы унялись, и Клер вытерла влажные щеки. Она чувствовала себя больной, одинокой, при этом понимая, что сама виновата во всем. Аппетит пропал. Хотелось одного – свернуться калачиком под одеялом, прижимаясь к большому теплому лохматому боку любимого животного.
Увы, такого животного у нее не было.
Она открыла дверь и увидела Шейна, который сидел на полу, привалившись к стене.
– Ну, все? – Он поднял на нее взгляд. Глаза у него тоже были красные, как будто и он плакал… или ей показалось? – Знаешь, тут на полу не очень-то удобно.
Клер опустилась рядом. Он обнял ее, она уронила голову ему на грудь. Он поглаживал ее волосы, и это действовало успокаивающе. Его теплое надежное присутствие придавало уверенности.
– Не позволяй ей… что-нибудь тебе сделать, – прошептала Клер. – Господи, Шейн…
– Не беспокойся. Майкл будет там и, конечно, вмешается, если она попытается что-то такое предпринять. Но меня волнует твоя безопасность. Пообещай, что ты это время проведешь с родителями. – Она начала было протестовать, но он перебил: – Нет, не спорь. Пообещай. Я должен быть уверен, что с тобой все в порядке.
– Обещаю. – Клер постаралась выкинуть из головы тревожные мысли. – И что за дурацкий костюм ты должен надеть?
– Не спрашивай.
– Там есть что-нибудь из кожи?
– По-моему, да.
Судя по тону, эта перспектива его пугала.
– Не могу дождаться, когда увижу тебя в нем. – Она заставила себя улыбнуться.
– Девчонки, что с вас взять… – Он снова откинулся к стене.
Когда Клер в следующий раз зашла в лабораторию Мирнина, там ее ждал сюрприз. Спустившись по ступенькам, она увидела свет лампы и невольно подумала: «О господи, он вырвался из камеры!» Решив, что лучше держать пистолет с препаратом наготове, она расстегнула рюкзак, сунула в него руку и только тут поняла, что это не Мирнин.
В захламленной, тускло освещенной лаборатории, больше похожей на склад устаревшего оборудования, имелись кресло и настольная лампа. И в этом кресле, листая ломкие страницы древнего дневника, сидел не кто иной, как Оливер.
Клер все- таки сжала в руке пистолет, просто на всякий случай, хотя плохо представляла себе, какой от него будет толк в этой ситуации.
– Расслабься, Клер, я не собираюсь на тебя нападать, – скучным голосом сказал Оливер, не поднимая глаз. – Кроме всего прочего, мы теперь на одной стороне. Разве ты не в курсе?
– Нет. – Она медленно спустилась по оставшимся ступенькам. – Что, издан какой-то приказ?
Конечно, Оливер тут же примчался, когда Ева сообщила о Бишопе, но это не означало, что Клер была готова автоматически зачислить его в союзники.
– Когда обществу угрожают чужаки, оно выступает против них единым фронтом. Это правило действует со времен родового строя. Мы с тобой относимся к одному обществу, и у нас один и тот же враг.
– Мистер Бишоп.
– У тебя возникли вопросы, надо полагать. – Оливер заложил место в дневнике пальцем и поднял взгляд. – У меня точно возникли бы на твоем месте.
– Хорошо. Как давно вы его знаете?
– Я его не знаю. И вряд ли знает кто-нибудь из ныне живущих.
– Но вы встречались с ним. – Клер опустилась в шаткое кресло напротив.
– Да.
– Когда?
Оливер прищурился, склонив набок голову. Клер вспомнила, что когда-то считала его совершенно нормальным и даже приятным человеком. А он оказался совсем не таким – и не приятным, и не человеком вовсе.
– Когда-то я встречался с ним в Греции. Не думаю, что подробности этой встречи что-то тебе прояснят.
– Вы пытались его убить?
– Я? – Оливер улыбнулся. – Нет.
– А Амелия?
Его улыбка увяла. Молчание затягивалось, но Клер понимала – он надеется услышать от нее что-то важное, и упорно молчала.
– Дела Амелии тебя не касаются, – наконец сказал Оливер. – Видимо, ты наслушалась Мирнина. Признаюсь, я восхищен тем, что он все еще с нами, – думал, он давным-давно мертв.
– И про Бишопа вы тоже так думали?
– Знаешь, он ведь совершенно безумен – я имею в виду Мирнина. И был таким, сколько я помню, хотя в последнее время его состояние определенно ухудшилось. – Взгляд Оливера устремился вдаль. – Он обожал охотиться, но потом всегда лил слезы, словно жалкий идиот. Меня не удивляет, что он приписывает собственную слабость какому-то мифическому заболеванию. Некоторые люди просто не созданы для этой жизни.
– Вы не верите в существование болезни? – Чего-чего, а этого Клер никак не ожидала.
– Да, я не верю, что, если Мирнин и немногие другие, неполноценные от природы, больны, это означает, что нас всех ждет та же участь.
– Но… вы неспособны… ммм…
– К воспроизводству? Может, просто не хотим.
– Вы пытались обратить Майкла.
Ох, не следовало ей этого говорить! Лицо Оливера напряглось, под гладкой бледной кожей проступили очертания черепа, глаза вспыхнули красным.
– Это Майкл так утверждает.
– И Амелия тоже. Вы хотели… создать собственную, лично вашу группу поддержки, собственных обращенных, но не смогли. Это удивило вас. Для вас стало неожиданностью, что больше ничего не получается.
– Послушай, дитя, – обронил Оливер, пристально глядя на нее, – в разговоре со мной тебе следует очень тщательно выбирать слова.
– Я пришла по делу. – Клер отвела глаза и принялась нервно теребить ткань рюкзака. – А вы вообще не должны сюда являться, не предупредив Амелию.
Почему ты решила, что она не в курсе?
– Если бы она знала, то прислала бы кого-нибудь приглядеть за вами.
– Умная девочка. – Оливер холодно улыбнулся. – Очень, очень хорошо. Хочешь меня выгнать?
– Едва ли у меня получится, но могу позвонить Амелии…
Она достала сотовый телефон, открыла его и начала прокручивать список абонентов.
У Оливера промелькнула мысль убить ее – это ясно отразилось на его лице, и она чисто рефлекторно чуть не вызвала нужный номер.
И потом это выражение исчезло, он улыбнулся и встал.
– Не стоит беспокоить Основателя всякой чепухой. Я ухожу. В любом случае, я уже по уши сыт безумным бредом, которым полны эти записки.
Он бросил дневник в груду бумаг рядом с креслом и ушел, с непринужденной грацией лавируя между книжными башнями и предметами разнокалиберной мебели. Казалось, он не торопится, но Клер не успела и глазом моргнуть, как он исчез, утонул в тенях, собравшихся на ступеньках.
Клер нервно выдохнула, сжала в руке пистолет и отправилась к Мирнину.
– Восхитительно, – сказал Мирнин, то сжимая кулаки, то снова распрямляя пальцы. – Я не чувствовал себя так хорошо… пожалуй, уже много лет. У меня немели руки… Я тебе говорил?
Нет, об этом симптоме он ни разу не упоминал, и Клер сделала пометку в записной книжке. Она заказала через Интернет часы с обратным отсчетом, которые сейчас висели на стене лаборатории, и вспыхивающие красные цифры напоминали им обоим, что благодаря новой формуле лекарства в распоряжении Мирнина пять часов пребывания в здравом уме. Но не более.
Он заметил ее взгляд, брошенный на часы, и его радостное возбуждение пошло на убыль. Мирнин по-прежнему выглядел молодо – если не принимать в расчет глаза; мороз шел по коже при мысли о том, что он был точно таким же задолго до того, как Клер появилась на свет, и ничуть не изменится даже много лет спустя после ее смерти.
«Он обожал охотиться», – сказал Оливер.
В Морганвилле по большому счету существует один вид охоты – на людей.
Мирнин улыбнулся Клер той самой улыбкой, которая очаровала ее при первой встрече, – нежной, мягкой, как бы намекающей на то, что у них имеется общий секрет.
– Спасибо за часы, Клер. Они очень помогают. Там есть сигнальный звонок?
– За пятнадцать минут до истечения срока звучит предупреждающий сигнал, и такой же отмечает каждый час.
– Очень полезная вещь. Ну, теперь, когда пальцы слушаются меня, чем мы займемся?
Мирнин игриво изогнул черную бровь, что выглядело довольно забавно. Он был привлекательный мужчина, но Клер почему-то не находила его сексуальным. Интересно, он обиделся бы, если бы узнал?
– Может, начнем наводить порядок на полках? – предложила она.
Тут и в самом деле царил хаос, она постоянно спотыкалась о целые горы книг. Мирнин, однако, недовольно сморщился:
– Клер, у меня всего несколько часов пребывания в здравом уме. Глупо тратить их на хлопоты по хозяйству.
– Хорошо, а чем вы хотели бы заняться?
– По-моему, эта последняя формула лекарства означает заметный шаг вперед. Может, нам удастся продвинуться в его очистке, чтобы еще больше усилить эффект?
– Думаю, сначала нужно взять у вас кровь на анализ.
Не раздумывая, Мирнин подошел к столу, взял ржавый нож и полоснул себя по руке. Клер, не успевшая его остановить, только открыла рот, чтобы закричать, а он уже взял с подставки на столе мензурку и направил в нее струйку крови. И едва успело вытечь несколько чайных ложек, как рана закрылась сама собой.
– Можно было сделать это более… щадящим способом, – слабым голосом заметила Клер.
Мирнин протянул ей мензурку. Кровь выглядела темнее и гуще, чем у обычного человека, но это, видимо, было нормально – температура тела у вампиров ниже. Клер старалась не думать обо всех тех людях, что сдают кровь в Центре пожертвований, но не могла. Может, в венах Мирнина теперь течет и кровь Шейна? И как все это работает? Вампиры переваривают свою пищу или она каким-то образом поступает прямо в кровеносную систему? Имеет ли значение группа крови? А резус-фактор? И что насчет передающихся через кровь заболеваний, таких как малярия, лихорадка Эбола и СПИД?
Вопросов возникало множество. Доктор Миллс наверняка придет в восторг от открывающихся перед ним научных перспектив.
– Я не замечаю боли. – Мирнин стер с руки кровь и опустил закатанный рукав рубашки. – В конце концов привыкаешь не обращать внимания на такие пустяки.
– Отнесу в больницу. – Клер не стала спорить. – Доктору Миллсу нужен материал для исследований. Они выписали первоклассное оборудование, которое позволит произвести детальный анализ.
– Как пожелаешь. – Мирнин пожал плечами; похоже, его не интересовал ни доктор Миллс, ни вообще кто-либо, кроме Клер. – Что за оборудование?
– О, самое разное. Масс-спектрометры, анализаторы химического состава крови и прочее в том же духе.
– Все это нам тоже нужно.
– Зачем?
– Как мы сможем работать, не имея самого современного оборудования?
Она удивленно посмотрела на него:
– Мирнин, у вас здесь не хватит ни места, ни мощности, чтобы подключить, скажем, электронный микроскоп. Теперь ученые не делают все собственными руками. Высокочувствительное оборудование слишком дорого, его покупают большие больницы и университеты. Мы просто арендуем его на время.
– Арендуете на время? – Мирнин удивился и задумался. – Но как можно запланировать срок аренды, не зная, что ищешь или сколько времени займет исследование?
– Нужно научиться заключать свои озарения в определенные рамки и проявлять терпение.
– Клер, я вампир. – Мирнин рассмеялся. – Мы не приучены проявлять терпение. Не исключено, что нам следует нанести визит этому доктору Миллсу. Мне хотелось бы с ним встретиться.
– Он тоже был бы рад встретиться с вами, – медленно проговорила она. Вот только как к этому отнесется Амелия? Однако если уж Мирнин вбил себе это в голову, то все равно сделает, с ней или без нее. – В следующий раз, ладно?
Оба посмотрели на часы, ведущие обратный отсчет.
– Да, – согласился Мирнин. – В следующий раз. Что ты слышала о Бишопе и предстоящем празднестве?
– Немного. Майкл и Ева, наверное, пойдут. Шейн… Шейн говорит, что ему тоже придется.
– С Исандрой?
Клер кивнула. Мирнин отвернулся и начал перебирать сперва одну стопку книг, потом другую. Внезапно он возбужденно вскрикнул, взял один из томов и неожиданно бросил в Клер. Каким-то чудом она сумела поймать книгу до того, как та врезалась ей в грудь.
– Ой! Полегче, пожалуйста.
– Извини, – неискренне произнес он. Было в нем сегодня что-то неприятное, агрессивное.
– Что это?
Мирнин подошел, взял книгу и принялся листать. Дойдя примерно до середины, он снова протянул томик Клер:
– Исандра.
Это было старинное, века восемнадцатого, издание на английском языке; на страницах красовались пятна.
«Она поражала такой необычной, чудесной красотой, что ее дед, очарованный этим ослепительным зрелищем, принял ее за ангела, посланного Богом, чтобы утешить его на смертном одре. Чистые очертания прекрасного профиля, великолепные влажные черные глаза, благородные линии бровей, шелковистые волосы цвета воронова крыла, изящный рот – все ее изумительное лицо внушало чувство нежной грусти и производило неизгладимое впечатление. Высокая и стройная, но без худобы, с полными беспечной грации движениями, она напоминала цветок, колышущийся на ветру…»
– Ох! – удивленно воскликнула Клер. – Точно, вылитая Исандра. Она была…
– Очень знаменитым убийцей. Вскоре после смерти деда она помогла своему мужу и кузинам убить короля. В конце концов, ее повесили, но это произошло уже после того, как она стала вампиром, то есть для нее время казни было выбрано удачно.
В книге описывалось множество убийств королей и простых смертных, и Клер, содрогнувшись, закрыла ее.
– Зачем вы мне это показали?
– Не хочу, чтобы ты повторила ошибку ее деда – недооценила злобность Исандры из-за ее ангельской внешности. Она погубила множество людей, не жалея и собственных родственников. – Взгляд Мирнина сделался мрачным и очень серьезным. – Если она хочет Шейна, пусть получит. Достаточно скоро ей надоест с ним забавляться, а погубить его Амелия не позволит.
– Мне показалось, ее интересует другое.
– А-а, значит, секс. Исандра всегда была немного странной.
– Как мне остановить ее?
– Прости, тут я тебе не помощник. – Мирнин медленно покачал головой. – Мой единственный совет – который, уверен, придется тебе не по душе, – позволь ему справиться самому. Она не убьет его, и чем меньше он будет сопротивляться, тем меньше пострадает.
– Вы правы, мне это не по душе.
– С жалобами обращайся к руководству, моя дорогая. – Момент серьезности прошел – словно облако, ненадолго закрывшее солнце. – Как насчет того, чтобы сыграть в шахматы?
– Как насчет того, чтобы сделать анализ вашей крови, потому что в вашем распоряжении всего несколько минут, а потом мне придется вернуть вас в вашу… э-э, комнату.
– В камеру, – поправил он. – Можешь смело называть вещи своими именами. И ты слишком трудолюбива для столь юной особы.
«Я слишком трудолюбива! – с горечью подумала Клер. – Но должен же хоть кто-то делать дело! Мирнина уж точно трудоголиком не назовешь».
К четвергу в Морганвилле все только и обсуждали приближающийся бал-маскарад. При всем желании Клер не могла не слышать этих разговоров – скажем, в университетском кафе, мимо которого не пройдешь. Люди прямо на публике рассказывали об очень личных вещах – словно были отделены от окружающих непроницаемой стеной. Студенты трещали о своих сексуальных похождениях, как будто наступил сезон спаривания. Девушки ругали парней, парни – девушек, и никто не желал любить то, что есть, раз уж не имел того, что любит.
Но однажды, когда Клер попивала кофе и писала работу по механике, тепловой энергии и полям, она услышала кое-что такое, отчего ее ручка замедлила бег по странице.
– Приглашение, – говорил кто-то позади нее. – Веришь ли? Господи, я действительно его получила! Говорят, разосланы всего триста штук. Потрясающе! Я хочу нарядиться Марией Антуанеттой. Что скажешь?
Видимо, разговор шел о маскараде. Клер слегка сместилась в кресле, но все равно не смогла разглядеть говорившую.
– Ну, может, кто-нибудь из них был знаком с ней в прежние времена, – ответила другая девушка. – Поэтому тебе лучше выбрать что-нибудь более нейтральное, типа женщины-кошки. Спорю, никто из них не встречался с женщиной-кошкой.
– Неплохая идея, – согласилась первая. – Обтягивающая черная кожа никогда не выходит из моды. Я буду выглядеть жутко сексуально.
Клер быстро допила кофе, прошла к автомату за бумажными салфетками, а на обратном пути бросила взгляд на болтающих девушек.
Это оказались Джина и Дженнифер, вездесущие подружки Моники. Странно, но самой мисс Моррелл поблизости не наблюдалось.
– Что ты высматриваешь, недотепа? – Дженнифер злобно уставилась на Клер.
– Абсолютно ничего, – с непроницаемым видом ответила она, не испытывая больше никакой робости перед ними. – Я бы не стала наряжаться женщиной-кошкой, учитывая, кто там будет.
– Ох, держите меня четверо!
Клер собрала книги, взяла чашку и пересела за столик поближе к кофейной стойке. Ева, как обычно, была на своем посту и сегодня выглядела оживленной – глаза блестят, на губах улыбка, готический наряд выдержан в жизнеутверждающих красных тонах. Она все еще горевала из-за смерти отца – это было нетрудно заметить, когда Ева думала, что ее никто не видит, – но в целом сумела взять себя в руки.
На данный момент очередь иссякла, и она, сделав своей напарнице знак, что можно на пять минут прерваться, сняла фартук, нырнула под стойку и уселась в кресло напротив Клер.
– Знаешь, Билли Харрисон говорит, – затараторила Ева, – что его отец получил приглашение на этот бал от Тамары – вампирши, которой принадлежат все склады на северной стороне и газета. Он говорит, там соберутся все вампы города, и каждый возьмет с собой человека как своего… ну, не знаю, партнера, что ли? Странно, правда, что все они берут с собой по человеку?
– А раньше такого не бывало?
– Насколько мне известно, нет. Я порасспросила тут, но никто ни о чем подобном не слышал. Это будет гвоздь сезона! – Улыбка Евы слегка увяла. – Думаю, Майкл просто забыл послать мне приглашение. Нужно ему напомнить.
– Он тебя не пригласил? – У Клер внутри все сжалось.
– Еще пригласит.
– Но… ведь бал будет уже послезавтра!
– Конечно пригласит! А готовить какой-то особый костюм мне не надо. Ты видела мой гардероб? Половина того, что я ношу каждый день, вполне сойдет для маскарада. А ты как?
– Меня никто не приглашает, – напрасно стараясь скрыть горечь, ответила Клер. – Ты же знаешь, с кем идет Шейн.
– Он не виноват. Это все она, Исандра. – Ева нахмурилась. – Ничего себе имечко!
– Французское. Мирнин дал мне книгу, где о ней написано. Я подозревала, что она опасна, но оказалось, что она даже еще хуже. В те времена, когда политические игры грозили смертью, она считалась очень активным игроком.
– А тот парень, Франко? – Ева закатила глаза и постаралась говорить с французским акцентом. – Считает себя горячее поверхности солнца. Кого он берет с собой?
– Понятия не имею. Но… Знаешь ли, это не просто увеселение для парочек. – Клер не могла выразить свою смутную мысль. – Это что-то совсем другое.
– А выглядит, будто приглашаются именно парочки – наряды там и все такое. Ради Майкла я оденусь как конфетка и буду отгонять от него всех этих гадких честолюбцев, стремящихся добраться до самого новенького вампа в городе.
– Вообще-то с некоторых пор он уже не самый новый, – заметила Клер. – Бишоп и его приятели новее, по крайней мере, позже здесь появились.
– Да, верно. – Ева помрачнела.
Над ними вдруг нависла тень, но прежде чем они успели поднять глаза, некий предмет упал на стол как раз между девушками, и обе непроизвольно устремили на него взгляды.
Это было одно из тех приглашений на бумаге кремового цвета. Они подняли головы – у стола стояла Моника.
– Как скверно-то. – Откинув за спину блестящие золотистые волосы, она улыбнулась Еве злобной улыбкой. – Похоже, твой красавчик приятель понимает, с какой стороны хлеб маслом намазан.
Ева распахнула глаза и перевернула лист, чтобы прочесть; для Клер он теперь лежал вверх ногами, но это не помешало ей уловить суть.

ПРИГЛАШЕНИЕ НА БАЛ-МАСКАРАД И БАНКЕТ В ЧЕСТЬ ПРИБЫТИЯ СТАРЕЙШИНЫ БИШОПА
Праздник состоится в субботу, двадцатого октября, в зале совета старейшин, в полночь.
Вы приглашены сопровождать Майкла Гласса, с обязанностью исполнять все его желания.

Имя бросилось ей в глаза и поразило, словно внезапное нападение вампира.
Майкл Гласс. Майкл пригласил Монику. Не сказав ни слова, Ева отодвинула бумагу, встала, вернулась за стойку и снова надела фартук. Клер потрясенно смотрела на нее. Только движения выдавали, как сильно Ева страдает от обиды, но лицо она прятала и старательно отворачивалась; даже вынужденная подойти к кофейному аппарату, она смотрела вниз, чтобы скрыть свою боль.
По мере того как отступало изумление, Клер завладевала ярость.
– Ну и сука же ты!
Моника вскинула идеально подщипанные брови:
– Не моя вина, что вы, уродки, не в состоянии удержать своих мужчин. Я слышала, Шейн заигрывает с Исандрой. Плохо твое дело – едва ли тебе теперь светит затащить его в постель. Хотя постой… может, ты уже добилась своего, поэтому он теперь и рвется в постель к кому-нибудь другому?
Клер представила, каким наслаждением было бы с размаху швырнуть учебник по физике прямо в лицо Монике, в ее припухшие, блестящие от помады губы. Вместо этого она лишь вонзила в нее яростный взгляд, напомнив себе, какое устрашающее впечатление производит долгое ледяное молчание Оливера. В конце концов, Моника взяла приглашение и сунула в карман кожаной куртки.
– Я сказала бы «до встречи», но едва ли мы встретимся набату, – изрекла она. – Думаю, в субботу тебе стоит организовать собственную вечеринку неудачников – выпейте коктейль с цианидом или что-нибудь в этом роде.
Она направилась к Джине и Дженнифер, и девушки удалились, смеясь, – популярные, удачливые, стильные. Само совершенство.
Осознав, что стиснула кулаки, Клер заставила себя расслабиться, сделала несколько глубоких вздохов и снова взялась за ручку. Однако работа продвигалась плохо – перед ее внутренним взором все время маячили Моника рядом с Майклом и униженная Ева. А когда эти образы отступали, появлялась Исандра в паре с Шейном, и это было еще ужаснее.
– Почему? – прошептала она. – Майкл, почему ты так поступил с ней?
Может, они поссорились? Похоже, Ева так не считала – для нее выбор Майкла стал громом с ясного неба.
С ощущением, что совершает ужасную ошибку, Клер достала телефон и вызвала первый номер из списка быстрого набора.
– Да, Клер, – ответила Амелия.
– Мне нужно поговорить с вами. Об этом бал-маскараде. Что происходит?
Последовало молчание. Клер подумала, что сейчас Амелия просто отключится, но потом та ответила:
– Да. Полагаю, это нужно обсудить. Встретимся на втором этаже твоего дома. Ты знаешь где.
Значит, в потайной комнате.
– Когда?
– Когда тебе будет удобно, – холодно ответила королева вампиров, что, конечно, ни в коей мере не следовало понимать в прямом смысле. – Часа на дорогу хватит?
– Да. – Руки Клер дрожали. – Спасибо.
– Не благодари меня, дитя. Вряд ли тебе понравится то, что ты услышишь.
Дома никого не было – для полной уверенности Клер обошла все помещения, включая прачечную в подвале. Ева еще находилась на работе, Майкл в музыкальном магазине. Где Шейн, она понятия не имела, но точно не здесь.
Клер поднялась на второй этаж, нажала спрятанную кнопку, и панель отодвинулась, открывая ведущие в потайную комнату пыльные ступени. Закрыв за собой дверь, она поднялась по лестнице, и с каждым шагом ей все меньше хотелось туда идти.
Наверху по стенам висели лампы времен королевы Виктории, украшенные драгоценными камнями и испускающие бледный водянистый свет. Ни окон, ни дверей – только симпатичная, хотя и пыльная мебель. И Амелия.
И конечно, ее телохранители – Амелия никуда без них не выходила. Сейчас двое затаились в углах, и один даже кивнул Клер. Прекрасно! Эти жуткие типы уже здороваются с ней – она может гордиться своим положением в обществе.
– Мэм… – промямлила Клер, застыв у входа.
Амелия сидела, ей даже в голову не приходило рассматривать Клер как равную себе. Выражение ее лица с трудом поддавалось расшифровке, но в нем отчетливо проступало нетерпение с примесью раздражения.
– У меня мало времени для приглаживания твоих взъерошенных перышек, – заявила Амелия и слегка пошевелилась в кресле.
Это было необычно – как правило, она сидела точно каменная. Можно подумать, ею владело беспокойство. Да и костюм, классический, прекрасно скроенный и сшитый, оказался темно-серого цвета, гораздо темнее, чем она обычно носила. На таком фоне ее глаза напоминали грозовые облака.
– Тем не менее ты добилась с Мирнином больших успехов, чем я рассчитывала, поэтому прощаю твою дерзость.
– Понимаю, – ответила Клер. – Просто я… Мирнин, похоже, считает, что этот бал-маскарад как-то особенно важен для мистера Бишопа.
Слегка рассеянный взгляд Амелии неожиданно сделался проницательным и острым.
– Ты обсуждала с Мирнином приезд Бишопа?
– Он спросил, что происходит в городе, и я… – Клер запнулась, потому что Амелия внезапно встала. Телохранители мгновенно оказались рядом. – Вы не предупреждали меня, что этого делать нельзя!
– Я предупреждала, чтобы ты не совалась в мои дела! – В бледных глазах Амелии вспыхнуло что-то алчущее, придав ей пугающее сходство с Бишопом, но потом она медленно расслабилась. – Прекрасно. И что именно Мирнин рассказал?
– Он говорит… – Клер облизнула губы и искоса взглянула на телохранителей, стоящих пугающе близко. Амелия вскинула брови, кивнула, и они снова отошли в тень. – Говорит, вы оба считали Бишопа мертвым, и очень удивился его появлению в городе. Сказал, отец жаждет отомстить. Вам.
– А насчет празднества?
– Только то, что это церемония предназначена отметить приезд Бишопа. И если вы соглашаетесь, значит, не собираетесь с ним сражаться.
– Мирнин неплохо разбирается в политике. – На губах Амелии промелькнула холодная улыбка. – Нет, я не собираюсь сражаться с Бишопом – если меня к этому не вынудят. Ты еще кому-нибудь рассказывала?
– Нет. – Клер собрала все свое мужество. – Исандра пригласила Шейна, а Майкл… я только что узнала об этом… пойдет туда с Моникой. Не с Евой.
– Уж не думаешь ли ты, будто меня интересуют любовные дела твоих друзей?
– Нет, просто я хочу… чтобы вы пригласили меня. Пожалуйста. Все вампиры приглашают людей. Почему бы вам не пригласить меня?
Амелия чуть шире раскрыла глаза, и Клер подумала, что сумела сильно удивить ледяную королеву.
– С какой стати ты так жаждешь пойти?
– Моника говорит, это гвоздь сезона. – Клер даже попыталась пошутить, хотя сомневалась, что это уместно.
Амелия обладала чувством юмора, но загадочным и трудноуловимым, как все в ней. Сегодня, по-видимому, оно не работало вообще.
– Ладно, правда в том, что я волнуюсь за Майкла и Шейна и хочу быть уверена – с ними все в порядке.
– И как ты собираешься обеспечить их безопасность, если даже я не могу? Хочешь приглядеть за своим мальчиком и убедиться, что он не стал жертвой Исандры?
Клер нервно сглотнула и кивнула. Во многом Амелия была права.
– Пустая трата времени. Нет, Клер, ты не получишь приглашения. Говорю открыто, чтобы между нами все было ясно: я не могу рисковать тобой. Ты не пойдешь на празднество. И Мирнин тоже. Уяснила?
– Но…
– Уяснила?! – Голос Амелии взлетел до крика.
Напуганная этой внезапной вспышкой, Клер опять кивнула, тяжело дыша. Страшно хотелось попятиться, чтобы оказаться как можно дальше от жуткого мерцания этих глаз, но она крепилась. Время, проведенное с Мирнином, научило ее: отступление – признак слабости, а слабость провоцирует нападение.
Амелия сверлила ее яростным взглядом; в ней сегодня чувствовалось какое-то неистовство, причин которого Клер не понимала.
– Госпожа, – заговорил один из телохранителей, – вам пора идти.
Ясное дело, он просто напоминал, что их где-то ждут, но у Клер возникло совершенно немыслимое ощущение, будто он вмешался нарочно, давая хозяйке предлог для отступления.
– Да. – Никогда прежде голос Амелии не звучал так хрипло. – Как бы то ни было, вопрос исчерпан. Ты слышала, что я сказала. И предупреждаю, не испытывай мое терпение. Ты представляешь для меня определенную ценность, но незаменимых людей нет, и к тому же у тебя в этом городе родители и друзья, от которых гораздо меньше проку.
Это уже была откровенная угроза. Клер медленно кивнула.
– Скажи словами, – потребовала Амелия.
– Да. Я понимаю.
– Хорошо. А теперь иди, не досаждай мне больше.
Клер начала отступать к выходу. Она пятилась до середины лестницы и только потом повернулась и побежала. И почти в самом низу вспомнила, что кнопка, открывающая дверь в коридор, находится наверху, в ручке кресла Амелии.
Если королева не захочет ее выпустить, она так тут и останется.
Внизу выяснилось, что дверь по-прежнему закрыта. Клер посмотрела наверх: там двигались тени, но было тихо.
Потом свет погас.
– Нет, – прошептала она, чувствуя, как страх, словно ушат ледяной воды, окатывает с ног до головы. Вслепую вытянув руку, Клер принялась ощупывать закрытую дверь. – Нет, не делайте этого…
В Амелии что-то изменилось: больше она не была, как прежде, холодной далекой королевой. В ней появилось нечто от злобного зверя.
И в конце концов Клер поняла причину: Амелия выглядела голодной…
– Пожалуйста… – умоляюще произнесла она во тьму, не сомневаясь, что ее слышат. – Пожалуйста, позвольте мне уйти.
Послышался резкий щелчок, и дверь под ее пальцами приоткрылась. Ухватившись за край обеими руками и рванув на себя, Клер выскочила в коридор. Когда она оглянулась, тайный проход уже исчез.
Дрожа, она привалилась к стене и подумала с оттенком сарказма: «Все хорошо, что хорошо кончается». Хотелось закричать, но она понимала, что этого ни в коем случае делать не следует.
Внизу хлопнула входная дверь, по деревянному полу зацокали каблуки.
– Ева?
– Да, – устало ответила та.
Выглядела Ева ужасно. Красный наряд, прежде так оживлявший, сейчас, напротив, подавлял и придавал нелепый вид. Казалось, ее едва держат ноги, и, судя по состоянию макияжа, она пролила немало слез.
– Ох! Ева…
– Глупо так расстраиваться из-за Моники. – Та попыталась улыбнуться, но сил почти не осталось. – Но как раз это хуже всего. Мог бы выбрать кого-нибудь поприличнее! Так нет, он приглашает эту шлюху. – Ева вытерла глаза тыльной стороной ладони. Ее макияж до того размазался, что казался готичным более, чем когда-либо. – Только не надо утешать меня, что ему, дескать, приказали это сделать. В любом случае он мог сначала рассказать мне. И почему, интересно, ты не возражаешь?
– Потому что ты права.
– Чертовски права!
Ева ногой распахнула дверь в свою комнату, вошла и упала на черную постель лицом вниз. Клер включила свет, и кругом засияли цепочки тусклых белых рождественских огней и лампа, обмотанная кроваво-красным шарфом. Ева рыдала и молотила по подушке руками. Клер присела на краешек постели.
– Я убью его… – бормотала Ева, уткнувшись в подушку. – Воткну кол прямо в сердце, набью чесноком задницу и… и…
– И что?
В дверном проеме стоял Майкл. Клер в испуге соскочила с постели, Ева села, обеими руками сжимая подушку.
– И давно ты здесь? – спросила Клер.
– Мне больше всего понравилась идея чеснока в заднице. Это так… ново.
– Я еще не закончила. – Уронив подушку, Ева сползла с постели и встала перед Майклом, скрестив руки на груди. – Я собираюсь не просто заколоть тебя, а сделать это при ярком солнце, да еще и костер развести. Вот смеху будет!
– Что такого я сделал?
– Что ты сделал? Ты серьезно?
– Моника. – Майкл замер, в глазах отразились тоска и досада. – Она доложила тебе.
– Ну еще бы! Она мало что не ткнула твое приглашение мне в лицо! И если уж на то пошло – почему именно Моника? Ты проиграл пари? Никакого другого объяснения в голову не приходит.
– Нет. – Майкл посмотрел на Клер – в его взгляде читалась невысказанная мольба уйти, но она не двинулась с места. – Ева, я не могу объяснить. Прости, но не могу. Это совсем не то, что…
– Не хочу слушать твоей болтовни! – Ева ринулась вперед и с такой силой толкнула Майкла, что он вылетел из комнаты. – Сейчас я вообще не желаю с тобой разговаривать! Убирайся! И держись от меня подальше!
Она захлопнула дверь и заперла ее. Хотя что Майклу этот замок, при его-то силе? С другой стороны, вряд ли он станет ломать дверь в собственном доме.
– Ева, выслушай меня, пожалуйста.
Она вытащила из ящика плеер, снова рухнула на постель, надела наушники и нажала кнопку «воспроизведение». Комнату наполнил грохот тяжелого рока.
– Ева?
– Не думаю, что она тебя слышит, – сказала Клер, отперев дверь. – Ты понимаешь, что испортил все дело? По крайней мере, Шейну приказали идти туда, и не с кем-нибудь, а с Исандрой. У тебя же был выбор.
– Да, – не стал возражать Майкл. – Был. Но ты понятия не имеешь, в чем конкретно он состоял.
С этими словами он повернулся, зашагал к своей комнате и скрылся за дверью.
Может, он и прав. Может, на самом деле все не так, как кажется. Однако Ева явно не была настроена выслушивать объяснения. Проводив Майкла взглядом, Клер немного постояла в холодном каменном молчании и поплелась к лестнице.
Чили- доги имеют совсем другой вкус, когда ешь их в одиночку.
Шейн вернулся домой после наступления темноты, и, едва увидев его, Клер поняла – что-то произошло. Он выглядел расстроенным и едва кивнул ей, направляясь на кухню. Свернувшись на кушетке в гостиной, она в это время листала учебник по английской литературе, в тысячный раз задавалась вопросом, почему творчеству сестер Бронте придают такое значение, и одним глазом поглядывала в телевизор, где шло какое-то кулинарное шоу.
– Эй! – окликнула она его. – Я оставила тебе чили-доги!
Ответа не последовало. Захлопнув книгу, Клер пошла за ним, но не открыла дверь, а остановилась, прислушиваясь. Однако не услышала шума, которым обычно сопровождается пребывание на кухне голодного парня, – там стояла полная тишина.
Прикидывая, не вернуться ли к занятиям, Клер вдруг уловила звук открывающейся задней двери. Потом раздались приглушенные голоса. Она приотворила свою дверь, напряженно прислушиваясь.
– Скажи спасибо, если я не вызову копов, – говорил Шейн. – Убирайся.
– Не могу. Мне нужно поговорить с ней.
– Ни к одной из этих девушек ты даже близко не подойдешь, понял?
– Я им ничего плохого не сделаю!
Она узнала второй голос, хотя не поверила своим ушам. Чтобы Шейн разговаривал с братом Евы, да еще у самой двери дома! Просто немыслимо! Ей кажется. Это кто-то другой, по голосу похожий на Джейсона Россера…
Клер пошире открыла дверь.
Но это был действительно Джейсон – со своим обычным нездоровым видом, со слипшимися волосами, в тех же вонючих джинсах и кожаной куртке.
– Брось, парень, – сказал он. – Я хочу поговорить с Клер. Не держи меня здесь, в темноте, это опасно.
– Рад это слышать.
Шейн попытался закрыть дверь перед носом незваного гостя, но тот помешал, выставив руку:
– Пожалуйста, парень, прошу тебя.
Шейн заколебался, и Клер не поняла почему. Имелось достаточно причин гнать Джейсона в три шеи: он преследовал Еву, убивал – по крайней мере, по его словам – невинных девушек в тщетной попытке привлечь внимание вампиров и убедить их взять его себе на службу и, наконец, ударил Шейна ножом в живот.
«Да, но сначала Шейн замахнулся на него бейсбольной битой», – прозвучал в сознании Клер обвиняющий голосок, однако она велела ему заткнуться.
Ту драку спровоцировал Джейсон, и жизнь Шейна спасло лишь то, что «скорая помощь» приехала быстро.
Но сейчас Джейсон походил не столько на безумного киллера, сколько на полуголодного подростка, подсевшего на наркотики и потерявшего голову от страха и отчаяния.
Клер вошла на кухню, и Джейсон просиял.
– Клер! Клер, скажи ему… скажи ему, что все в порядке. Обещаю, я никого не трону. Пусть он даст мне поговорить с тобой.
– Ничего не в порядке, – ответила Клер, – и он прекрасно об этом знает.
Шейн кивнул и столкнул Джейсона с крыльца; тот споткнулся, упал на спину, но тут же поднялся, злобно глядя на Шейна.
– Что бы там ни собирался нам сообщить Оливер, мы этого слышать не желаем. В особенности через тебя.
– Уверен?
– Более чем. – Шейн усмехнулся. – Желаю уцелеть в темноте.
– Бишоп готовит ловушку, – выпалил Джейсон в щель закрываемой двери. – Мы знаем, где и когда.
Клер положила руку на плечо Шейна, и он оставил щелочку.
– О чем ты?
– Впустите, и я расскажу. – От отчаяния Джейсон чуть не царапал ногтями дверь. – Клер, пожалуйста. Клянусь, я не вру.
– Нет. Если Оливеру есть что сказать, я буду разговаривать с ним, не с тобой.
В темных глазах Джейсона вспыхнула обида, словно масло, капнувшее в костер; он выпрямился и сунул руки в карманы.
– Да? Вот, значит, как ты решила все это разыграть?
– Я вообще ничего не разыгрываю.
– А я так не думаю. Ладно, не хотите по-хорошему, пусть будет по-плохому.
И вдруг Джейсон с такой силой ринулся на дверь, что Шейна и Клер отбросило назад. Упав на спину, Клер попыталась встать, но Джейсон больно потянул ее за волосы, поднял и вытащил в темноту. Она кричала и вырывалась, но он знал, как заставить девушек подчиняться. Опыт имелся.
Потом он приставил к ее голове пистолет, и она прекратила борьбу.
– Хорошо, – прошептал Джейсон на ухо Клер, и ей чуть не стало дурно от его вонючего дыхания. – Успокойся, я тебе ничего не сделаю. Просто выслушай.
Шейн тоже вышел – медленно, не сводя взгляда с Джейсона, точнее, с пистолета.
– Отпусти ее.
Джейсон засмеялся и потащил Клер по подъездной дорожке к большому черному автомобилю. Шейн следовал за ними на безопасном расстоянии.
«Не предпринимай ничего, – знаками старалась втолковать Клер, не желавшая, чтобы Джейсон второй раз попытался убить Шейна. – Со мной все будет в порядке».
Джейсон открыл водительскую дверцу и втолкнул Клер в машину. Она метнулась к пассажирскому сиденью, но дверца оказалась заперта. Забравшись следом, Джейсон захлопнул дверцу, включил двигатель и еще крепче вцепился в волосы Клер.
– Сиди тихо!
И вдруг что-то тяжелое рухнуло на машину сверху, так, что крыша прогнулась, едва не придавив их головы. Клер и Джейсон пригнулись; Клер взвизгнула при мысли, что в панике он запросто может нажать на спусковой крючок, но обошлось.
Чей- то кулак пробил металлическую крышу автомобиля, рука вцепилась в зазубренный край и отодрала его, словно крышку консервной банки. В отверстии показалось лицо Майкла. Но не просто Майкла, а вампира: клыки обнажены, глаза пылают красным. Он был в ярости, и от этого бросало в дрожь.
Залитый лунным светом, Майкл пролез через дыру в крыше, схватил Джейсона за руку с пистолетом и оторвал его от Клер, словно хрупкую игрушку. Джейсон закричал; пистолет выстрелил. Клер вздрогнула и прикрыла руками голову, пытаясь стать как можно меньше. Автомобиль встряхнуло – это Майкл вышвырнул Джейсона наружу через отверстие в крыше. Безостановочно вопя, тот покатился по земле.
Майкл вылез из машины и направился туда, где Джейсон, все еще с пистолетом в руке, пытался отползти подальше. Перевернувшись на спину, он выстрелил в Майкла – шесть раз, в упор. При каждом выстреле Клер вздрагивала, но Майкл будто ничего не замечал. Наклонившись к Джейсону, он вырвал пистолет, переломил пополам и бросил в мусорный бак возле дома. Джейсон был в шоке. Майкл снова наклонился к нему и взял за воротник кожаной куртки.
Шейн просунул руку в дыру в крыше автомобиля, отпер дверцу, вытащил Клер наружу, поставил на ноги и принялся ощупывать – искал дыры от пуль, надо полагать.
– Как ты? Клер, скажи что-нибудь!
– Останови его, – прошептала она, глядя на Майкла. – Не дай ему сделать это!
Потому что Майкл явно собирался укусить Джейсона, а там не остановился бы, пока не выпил бы всю кровь до капли. Шейн посмотрел на Клер как на сумасшедшую; она дрожала, но изо всех сил пыталась сохранить внешнее спокойствие.
– Шейн! – Она постаралась придать голосу холодную властность Амелии. – Останови его.
Наконец- то до него начала доходить суть происходящего. Он кивнул и повернулся к Майклу, хотя тот явно был не в настроении выслушивать добрые советы.
Однако вмешиваться Шейну не пришлось: Майкл поднял взгляд и увидел стоящую в дверном проеме Еву. Зажав ладонями рот, с ужасом в глазах она смотрела, как ее бойфренд собирается впиться в горло ее младшего брата.
Майкл отпустил Джейсона, и тот, жалобно скуля, снова попытался отползти, но Майкл поставил ногу ему на спину и придавил к земле.
– Ну теперь с тобой покончено, – низким, угрожающим голосом сказал он. – Попытка похищения, применение огнестрельного оружия и нападение на вампира. Твоя песенка спета.
– Козел! – завопил Джейсон. – Я работаю на Оливера! Ты не посмеешь меня тронуть!
Он оттянул рукав куртки и продемонстрировал серебряный браслет, но Майкл и не подумал его отпустить.
– Что же, в таком случае придется обсудить с Оливером, с чего это он посылает в мой дом своего мелкого червяка, поручая меня застрелить. Думаю, ничего хорошего из этого не выйдет, потому что совершенно уверен – Оливер ни о чем таком тебя не просил.
– Майкл! – предостерегающе произнес Шейн.
Обернувшись, Клер увидела, как к дому подъезжает другая машина – полицейская, с мигалкой. Она остановилась на подъездной дорожке, блокируя изуродованный автомобиль Джейсона, и оттуда вышел Ричард Моррелл с винтовкой в руке. Его сопровождали детективы Джо Хесс и Трейвис Лоув, оба с пистолетами на изготовку.
Все трое выглядели мрачными, но Клер все равно была рада видеть людей, способных остановить обезумевшего Джейсона. Майкл прав: для злополучного налетчика все это добром не кончится.
Ричард Моррелл приложил винтовку к плечу, целясь… в Майкла. Детективы вскинули пистолеты, и Клер открыла рот от изумления.
– Прочь с дороги! – приказал Хесс Шейну, мотнув головой.
Шейн поднял руки и попятился. Майкл повернулся, увидел целящихся в него копов и нахмурился.
– Майкл, отпусти его, – сказал Трейвис Лоув. – Избавь всех от ненужных осложнений.
– Что происходит?
– Давай действовать шаг за шагом. Сначала отпусти парня.
Как только Майкл убрал ногу, Джейсон мгновенно вскочил и бросился бежать. Ричард Моррелл вздохнул, отдал оружие Хессу и кинулся следом. Джейсон бегал быстро, однако уступал Ричарду; на полпути к ограде тот сделал беглецу подножку, перевернул на спину, молниеносно защелкнул наручники, рывком поднял на ноги и отвел туда, где детективы держали на мушке Майкла.
– Что происходит? – повторил Майкл. – Он пытался похитить Клер, а вы целитесь в меня? Почему?
– Ну, скажем так – мешаем тебе наломать дров, – ответил Хесс- Ты в порядке? Успокоился?
Майкл кивнул. Хесс и Лоув опустили пистолеты. Ричард поместил Джейсона на заднее сиденье полицейской машины.
– Нам сообщили, что ты пришел в исступление, и вот-вот поубиваешь своих друзей, – продолжал Хесс. – Однако что я вижу? Все они тут, живы и здоровы. Видимо, проблема возникла у малыша Джейсона.
Ричард вернулся, вытирая руки носовым платком; ясное дело, касаться Джейсона и ему бьио противно.
– Он вломился в дом?
– Нет, – ответил Шейн. – Угрожая нам пистолетом, он схватил Клер, когда она подошла к задней двери, и попытался увезти. Майкл помешал ему.
И только тут Клер вспомнила, что в Майкла шесть раз стреляли в упор – на его белой рубашке остались рваные дыры, обведенные тонким красным ободком. В памяти всплыло, как Мирнин беспечно полоснул ножом по руке, по венам и мышцам, чтобы взять для анализа собственную кровь.
Майкл вел себя совсем не как человек с шестью пулями в теле. Ничего себе!
– Чего он хотел? – спросил Хесс.
– Рвался поговорить со мной, – ответила Клер. Ей не нравилась идея впутывать Оливера – и без того неприятностей хватало. – И наверное, понимал, что прямо здесь ничего не получится. Едва ли он собирался сделать мне что-то плохое.
«На этот раз», – добавила она мысленно.
Шейн посмотрел на нее с таким видом, будто она отрастила вторую голову, у которой мозги явно набекрень:
– Это же Джейсон! Что он мог хотеть, кроме плохого? Иначе разве приставил бы пистолет к твоему виску!
Он был прав, конечно, но… В глазах Джейсона она сегодня не увидела того хищного злорадства, с которым он раньше играл в свои садистские игры, – только откровенное отчаяние. В чем причина, она не знала, но на этот раз поверила Джейсону.
– Как ты? – спросил Шейн и обнял ее.
Клер обволокло тепло его крепкого, сильного тела, и только тут она поняла, как сильно замерзла. Она дрожала, а колени стали как ватные. Подумалось: сейчас она потеряет сознание, а он ее подхватит… Однако ноги не подвели.
– Со мной все нормально. – Слегка отодвинувшись, она поглядела в глаза Шейну и поцеловала его. – Никаких проблем.
1 ... 5 6 7 8 9 10 11 12 13 2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.