.RU

Людмила Викторовна Астахова 55a409a2-ed75-102a-9d2a-1f07c3bd69d8 Яна Горшкова 603a976c-d5ed-102b-946f-f03f69515cd7 - 41


У пароходов масса преимуществ перед лошадьми, к слову. Они не устают, не сбивают себе копыта, не ломают ноги и не болеют сапом. И безнадежно больной пароход не придется пристреливать и оставлять на поживу стае расплодившихся в полях Файриста одичавших собак.
Сэйган шмыгал разбитым носом и украдкой тер глаза. Грэйн сердито прикусила губу:
– Выпрягай! А ты, Джойн, пока собери наши вещи. Брать только то, что уместится в вещевой мешок! Один!
– Готово, эрна, – потухшим голосом пробормотал денщик.
– Ну, пошли тогда, что ли, – вздохнула ролфийка, достав пистолет. В барабане оружия как раз шесть пуль, хватит на всю четверку и на мерина тоже.
Сэйган еще раз всхлипнул, поглаживая рыжую по морде. Эрна Кэдвен, попав в капкан одновременно жалости и злости, предсказуемо рассвирепела:
– Ну, что развел тут сопли?! Пшел вон отсюда! Иди помогать леди Джойане. Толку-то мне от тебя, щенок. Сама справлюсь.
Но тот не отходил, вздыхал и смотрел искоса, побитым псом.
– Ладно, – сдалась Грэйн. – Тогда отведем их подальше. Негоже леди Джойн смотреть на такое. А ты... Локка видит, что ты наказан.
– Да, эрна, – покорно кивнул Сэйган, поневоле благодарно вздрагивая.
Ведь если рассудить по-ролфийски, то вина денщика, не справившегося со своими обязанностями, была ужасающей. Грэйн волей-неволей пришлось бы его как-то покарать, иначе за дело возьмется сама богиня, оскорбленная нарушением традиционного строгого порядка. А так ир– Сэйган отделался малой кровью – всего лишь распухшим ухом и разбитым носом. Другой бы избил сперва, а потом еще и выпороть приказал. Вот что значит – служить офицеру в юбке. Жалостливая она, потому как баба – она и есть баба.
Куда повел лошадей понурый капрал Сэйган и зачем следом ушла эрна Кэдвен с пистолетом, можно было не спрашивать. Джона уже давно не маленькая девочка. Напротив, надо сказать «спасибо» названой сестре, которая пренебрегла жалостливой женской природой и взяла на себя жестокое милосердие.
Грянут одиночные выстрелы, и духи лошадиные ускачут прочь быстрее ветра. И даже не поймут разницы между бытием и небытием.
И раз суровая ролфи приказала: «Никаких панталон!» – то Джона занялась отбором самого-самого необходимого. Нет! Самого-самого-пресамого необходимого, без чего никак нельзя, совсем-совсем. И если подойти к решению этой задачи ответственно, то брать надо все, кроме панталон. Но все бедный ир-Сэйган не донесет – это точно.
И так бы и мучилась вопросом выбора Джойана Ияри, если бы после выстрелов вдруг не раздался громкий волчий вой.
Ролфи пели над трупами лошадей, созывая четвероногих побратимов на изобильную трапезу. Голоса словно в салки играли – то отрывисто взвывала Грэйн, то тянул и тянул долгую грустную ноту ее денщик. И не прошло и пяти минут, как откуда-то из-за холмов отозвался сначала один серый зверь, затем второй, а потом и третий.
Стальной звук волчьей песни ударял в серебряный гонг Хелы-Морайг, дрожали на ветру седые травы. И Джона не вынесла щемящей тоски, подхватила пронзительную мелодию:
– А-у-у-у! У-ууу!
Негромко, чуть слышно, одними губами, вплетая свой голос в звериный зов. Ей вторили духи Эскизара, духи Джезима: «А-ууу! У-у-у-ууу! Мы снова вместе! Кони, волки, люди, реки, луны, змеи, совы и деревья! Бесконечна цепь смертей и рождений – серебряная цепь Жизни. Звено цепляется за звено, не разорвать и не расковать их. А-уу-у-у!»
Вернулась ролфи в самом решительном настроении, молча вышвырнула из мешка большую часть тряпья, сунула радикально облегченную ношу в руки ир-Сэйгану, а сама, после некоторого колебания, взяла под локоток Джону.
– Идем.
Шуриа открыла рот, чтобы возразить, но быстро передумала и прикусила змеиный язычок от греха подальше. Грэйн пребывала в таком «замечательном» настроении, что и за шиворот могла поволочь.
Дорога неблизкая, подмораживает, а дыхание надобно беречь. Все правильно, так и надо.
* * *
Дети Морайг в большинстве своем – не те люди, которые долго станут тяготиться собственным промахом. Виноват – отвечай, а раз ответил – ступай себе дальше. Но вина Кэйррона ир-Сэйгана была не просто огромна, она еще и имела последствия самые тяжкие. Поэтому бравого ролфийского капрала и переполняло сейчас желание хоть как-то искупить проступок. Шутка ли! – по его, капрала Сэйгана, личному недосмотру Священная Невеста вынуждена маршировать ночь напролет по паршивому файристянскому проселку! Пешком! Да если бы эрна Кэдвен позволила, он не то что княгинины вещички, он бы ее саму на закорках дотащил теперь хоть и до самого Дэйнла. Благо росточку в Ее Священной Особе всего ничего, да и весу – чуть. Но суровая эрна оказалась сурова во всем и загладить свою вину Кэйррону таким незамысловатым способом не позволила. Вот и топал сейчас капрал, скорбно повесив голову, и лишь иногда позволял себе заискивающее шмыганье разбитым носом. Нос, кстати, уже почти не болел, однако напомнить командирше об этаком увечье тоже нелишне. Вдруг отойдет?
Ноябрьская ночь порадовала путников заморозком. Лужи, обильные после нескольких дней ненастья, хрустели под сапогами первым тонким ледком, дыхание клубилось паром. Княгиня, бедняжка, изо всех сил старалась поспевать за идущей впереди эрной, а шагала эрна широко и по сторонам зыркала зеленющими глазами что твой Маар-Кейл на ночной охоте. Сэйган же плелся позади леди Джойн, прикрывая тыл и следя, чтоб Ее Священная Особа, не попустите богини, не поскользнулась.
* * *
Если считать все неудобства пешего марша как очередное захватывающее приключение, то все получилось совсем неплохо. В карете ехать каждый может, а своими ногами всю ночь тракт мерить далеко не любой сумеет. Джона по праву гордилась своей выносливостью.
У них с Брандом случались разные оказии: и в стогу ночевали, и конфедератскую границу болотами переходили. При Атэлмаре Седьмом жизнь аристократов не баловала постоянством монаршего благоволения. Сегодня ты – первый любимчик, а завтра – сгниешь в каземате безвестным узником.
Тайная связь с Аластаром тоже требовала от Джоны ежечасной готовности рисковать, убегать и прятаться. Получить посередь ночи записку «Жду в трактире «Перепелка», набросить плащ поверх ночной сорочки и верхом, без охраны и сопровождения, мчаться на долгожданное свидание, а уже через полчаса ласкаться на узком ложе – это же мечта каждой женщины.
Не нужно также забывать и про знаменитое похищение янамарской графини бесстрашной эрной Кэдвен. Спустя четверть века все страхи и ужасы того путешествия растаяли в памяти бесследно. Зато как завороженно слушали обитатели «Лалджеты» эту историю. Детей Шиларджи хлебом не корми – дай послушать сказку-быль. А повесть Джоны содержала в себе все самые важные ингредиенты настоящей шурианской сказки: злая ролфи, вероломное похищение, неупокоенный дух, кораблекрушение, битва и рождение ребенка. Неудивительно, если лет через сто «Балладу о женщине из Джезима» станут петь на привалах и праздниках.
Топая в ногу с Грэйн, шурианка времени не теряла. Чтобы не думать о гудящих ногах и ноющей спине, она сочиняла начало очередной саги «Как Джойана ездила на смотрины». Выходило не слишком складно. И в основном потому, что не получалось подобрать достойной рифмы к слову «сап», а с «и тут с лошаденками сап приключился» сочеталось только глупое «...и сам застрелился». Обидно, правда? Во-первых, ир-Сэйган и не думал стреляться, а в шурианских песнях – всегда одна только чистая правда. А во-вторых, плохая это примета – заранее складывать сагу. Неведомо, чем смотрины закончатся для всех участников. А вдруг девица окажется шпионкой эсмондов? А вдруг...
– Грэйн!
– Джойн, давай потом, а? – отрезала ролфи. – Дойдем до трактира, поедим, согреемся, и тогда споешь мне свою песенку. Хорошо?
Джона фыркнула, но возражать не стала. Ее даже Аластар осаживал за неуемное желание придумать себе всяких ужасов раньше, чем что-то успеет произойти.
И честно дотерпела до рассвета и указательного столба с надписью «Лайз». Так назывался городишко с пристанью для пароходов, если верить карте и скульптуре-клумбе из старых кирпичей, рекламирующей частную компанию – пароходовладельца. Не иначе – попросили печника выложить и лодочку, и трубу. Джона сразу же взбодрилась, словно полведра кадфы выпила залпом.
– Прикажу в «Лалджете» разбить такую же. Только в виде сухопутного парохода. И чтобы из трубы росли петуньи!
Ир-Сэйган нервно хихикнул.
* * *
Грэйн повела носом. Речная сырость, тина, рыба, мокрое дерево ящиков, лодок и причалов, гниющие листья... о, вот и еще запахи, а затем – и звуки...
– Войной пахнет, – изрекла ролфийка и удовлетворенно кивнула собственному замечанию. – Взгляните-ка, вербовщики. Сэйган, смотри, не попадись им.
– Да уж постараюсь, ваша посвященная милость, – искренне заверил ее денщик, с опаской покосившись сперва на эрну Кэдвен, а потом на пеструю процессию на ближней улочке. Впереди – сержант в шляпе, празднично украшенной совиными перьями и лентами, алыми и белыми. Шпага сержанта с наколотой на нее лепешкой возвышалась, будто знамя, музыканты – барабанщик и флейтист – исполняли веселый марш, нестройная колонна мужчин в разномастной одежде угрюмо топала следом. Все как на Ролэнси, да не совсем. И Грэйн, и, тем паче, Сэйган сразу подметили различия. Не бежали следом за новобранцами ребятишки обоих полов, среди горожан, провожающих взглядами процессию, не раздавалось криков и возгласов, ни приветственных, ни ругательных. Никаких. Вербовочную команду окружало всеобщее молчание. Безмолвствовали даже женщины, хотя никто и никогда не смел оспаривать их святое право хорошенько обругать вербовщика, забирающего мужчин из семьи. Да на том же Конрэнте сейчас бы такой лай стоял, что у всех в округе уши бы поотсыхали! Кому и поносить вояк, как не матерям и женам? Опять же, честь честью, а ритуал соблюсти надо. Известно же – чем громче ругается мать вслед уходящему сыну, тем милостивей к нему Локка и Морайг.
– Эй, клыкастый! – сержант-вербовщик, конечно, сразу заприметил высокого статного Сэйгана, оценил профессионально наметанным глазом разворот плеч и ширину груди потенциального рекрута и, поравнявшись с путешественниками, не преминул окликнуть парня: – Ты с виду вроде крепкий! Не желаешь послужить Файристу? Два оули сразу и по лейду в день на всю кампанию, обмундирование и жратва – бесплатно!
– Этот человек уже присягнул, – миролюбиво ответила вместо денщика Грэйн. – Священному Князю и Ролэнси. Ступай себе мимо, сержант.
– И не кисло тебе ходить под началом у юбки, парень? – заржал тот, демонстративно не обращая внимания на женщин. – Говорят, волчихи только одну команду исполняют как надо – лежать!
– Гы-ы! – поддержал сержанта его помощник. Но остальные как молчали угрюмо, так и продолжали молчать. Разделить веселье вербовщиков рекруты не спешили.
– Локка – тоже женщина! – оскорбился Сэйган и просительно заглянул в лицо эрне Кэдвен, разве что хвостом не завилял умильно: – Ваша посвященная милость, позвольте, я...
Хитрюга решил умаслить госпожу офицершу по-крупному. Вообще-то, к Грэйн, состоявшей в чине капитана, обращаться полагалось «ваше благородие», однако уста капрала Сэйгана запечатывало извечное мужское, не чуждое даже ролфи, а посему исторгнуть классическое «вашбродь» в отношении «юбки», будь она хоть трижды капитаном, бедняга не мог.
– Отставить, капрал! – скомандовала Грэйн, но от ухмылки не удержалась: – Пушистики есть пушистики, откуда им знать, кто мил богиням? А моя посвященная милость полагает, что она тебя мало вздула, льстивый бездельник. Потому живенько найди нам с Ее Священной Особой тихое местечко – и чтоб кадфу и булочки там подавали горячими и свежими! – а сам отправляйся в пароходную контору и договорись насчет мест на судне. И побыстрей. Иначе моя милость станет совсем немилостивой.
Но без мужчины в трактир соваться путешественницы все-таки не рискнули. Чтобы не искушать обывателя, ибо настроения в народе файристянском в отношении ролфи и шуриа были далеки от гостеприимного радушия. А зная характер названой сестры, Джона не поручилась бы за то, что уставшая Грэйн не станет стрелять в первого же умника, решившего оскорбить ролфи от переизбытка патриотических чувств. Удивляться не приходилось. Кто-то же должен быть виноват во всех бедах: в гражданской войне, в неурожаях, в бесконечных рекрутских наборах? Так почему бы и не островитяне?
– Давай посидим в парке, свежим воздухом подышим, – попросила шуриа ласково.
– Ты еще не надышалась? – рыкнула Грэйн.
Но хитрая змея так просто не сдавалась:
– О! Смотри какой очаровательный уголок! С фонтанчиком!
Несколько голых лип вокруг живописных рукотворных развалин с фонтаном-родником, куст шиповника, увешанный красными твердыми плодиками, и скамеечка – самое подходящее место для двух усталых женщин.
– Ох! – одновременно охнули они, подойдя ближе. В основном от неожиданности.
Во времена империи такие миниатюрные фонтаны все больше делались в форме птичьих голов, волчьих пастей или разбитых амфор со змеями. Но жители Лайза в стремлении к красоте и гармонии пошли дальше, у них из ниши в стене торчал нос парохода.
– Как, однако, местный люд проникся уважением к техническим новшествам, – задумчиво молвила Джона.
Сразу же вспомнились ей повсеместные изображения пароходов, на которые то и дело натыкался взгляд по всему Лайзу. Любовно так рисовали, с выдумкой и фантазией, а рамки золотили и вешали над дверями в дома как обереги.
– Здесь любят... э... технику.
– Как-то уж слишком рьяно, – насторожилась шуриа.
Вездесущие пароходы ее крайне нервировали.
Скверик, где они нашли пристанище, был тщательно выметен от опавших листьев, фонтан покрашен, а на бортике чаши лежал свежий букетик.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Пока ничего. Красиво здесь, правда?
– Оч-ч-чень, – процедила ролфи, подозрительно оглядываясь по сторонам.
А Джона тем временем, приметив прохожего, благоговейно уставилась на пароход, словно узрела в его очертаниях что-то родное и крайне важное. Даже ручонки к груди прижала в благодарном жесте. Мол, спасибо, Великие Духи, за то, что привели меня в сие священное место и дали возможность приобщиться к... чему-то священному.
– Ты чего? – спросила Грэйн.
– Делай вид, будто встретила... – Джона отчаянно подбирала сравнения, чтобы не оскорбить ролфийских чувств, – окорок из фрэнгеновской свинки.
– Окорок?
– Его, – шипела тихонечко шуриа. – Такой сочный, вкусный, мягкий. Чтобы у тебя лицо стало умильное. Да делай же, как говорю! Ну!
Грэйн, все еще не понимая до конца затеи подруги, честно попыталась представить. Получилось, да еще как! Голодная ролфи проявила чудеса воображения и уставилась сперва на фонтан, а потом на прохожего, с таким хищным и жадным оскалом, что местный житель споткнулся и прибавил шагу, постоянно оглядываясь через плечо. И тут ролфийка начала догадываться. Мысль, натурально, отразилась на ее лице, разукрасив лоб Грэйн суровой складочкой.
– Ты серьезно? – округлив глаза, прошептала она и принялась водить руками, изображая некие ритуальные жесты, словно мух отгоняла. – Думаешь, они теперь молятся... пароходам?
Отвечала Джона тоже приглушенным шепотом:
– Не исключено, – и, оглядываясь по сторонам, заговорщически добавила: – Тут же везде пароходы, на каждом углу. Ты присмотрись повнимательнее.
И подумала: «А почему бы и нет? Если князь меняет женщину на паровозы, то почему бы народу не молиться на пароходы?»
Грэйн послушно закрутила головой, огляделась и окончательно впала в задумчивость.
– И точно, – подвела итог наблюдениям ролфи. – Везде они. Пароходы. Когти Локки...
– Вот что пришло на смену Предвечному.
– Ну, в общем-то, разница невелика, – глубокомысленно молвила эрна, пытаясь заглушить утробное бурчание пустого брюха. – Что там машина, что тут... тоже механизм. Наверное, такая уж судьба у них, верить во всякие железки, – и пожала плечами, дескать, чего ты хочешь от этих материковых смесков? – О! Вот и наш Сэйган!
2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.