.RU

Конец истории и последний человек - старонка 52


нежели журналом "Тайм". И если даже человека не интересуют такие заоблачные

достижения, вопрос о качестве признания остается критически важным.

Например, будет ли признание, которое человек получает за свое гражданство в

большой современной демократии, более удовлетворительным, чем признание,

получаемое в небольшой, тесно спаянной доиндустриально и

сельскохозяйственной общине? Ведь пусть последняя не имеет политических

"прав" в современном смысле, члены этих небольших и стабильных социальных

групп, переплетенные связями родства, работы, религии итак далее, взаимно

признают и уважают друг друга, пусть даже они часто подвергаются

эксплуатации и унижениям со стороны своих феодальных господ. И наоборот,

жители современных больших городов, обитающие в огромных жилых квартирах

могут быть признаны государством, но они чужие для тех самых людей, с

которыми рядом живут и работают.

Ницше считал, что никакое человеческое превосходство, величие или

благородство невозможно иначе как в аристократическом

обществе.453 Иными словами, истинная свобода творчества может

возникнуть только из мегалотимии, то есть желания быть признанным лучше

других. Даже если люди рождаются свободными, они никогда не лезут вон из

кожи просто, чтобы быть как все. Дело в том, что желание быть признанным

высшим другими необходимо, если человек должен быть высшим для самого себя.

Это желание -- не только основа завоеваний и империализма, оно также

необходимое условие для создания чего бы то ни было, что в жизни чего-то

стоит, -- великих симфоний, картин, романов, этических кодексов или

политических систем. Ницше указывал, что любая форма фактического

превосходства должна изначально исходить из недовольства, разделения

личности в себе и, в конечном счете, войны против себя со всеми муками,

которые она несет: "человек должен нести в себе хаос, чтобы породить

танцующую звезду". Доброе здоровье и довольство собой -- это помехи. Тимос

-- это та сторона человеческой натуры, которая ищет борьбы и жертвы,

пытается показать, что личность есть нечто лучшее и более высокое, чем

пугливое, обремененное потребностями, ведомое инстинктами и. физически

детерминированное животное. Не все люди ощущают эту тягу, но у тех, в ком

она есть, тимос не может быть удовлетворен знанием, что его носитель всего

лишь равен по ценности другим людям.

Стремление быть неравным выходит на свет во всех аспектах жизни, даже в

таких событиях, как революция большевиков, которые стремились создать

общество, основанное на полном равенстве людей. Такие люди, как Ленин,

Троцкий и Сталин, никак не стремились быть просто равными другим: будь оно

так, Ленин никогда бы не уехал из Самары, а Сталин вполне мог остаться

семинаристом в Тбилиси. Чтобы сделать революцию и создать целиком новое

общество, требуются примечательные личности с высокой твердостью, умением

видеть, беспощадностью и интеллектом-- свойства, которыми первые большевики

обладали в полной мере. И при этом общество, которое они стремились

построить, намеревалось отменить честолюбие и все те свойства, которыми

обладали его строители. Наверное, поэтому все левые движения, от большевиков

и китайских коммунистов до немецких "зеленых", упираются в конце концов в

кризис "культа личности" своих лидеров, Поскольку есть неустранимое

противоречие между изотимическими идеалами эгалитарного общества и

мегалотимическими типами, необходимыми для его создания.

Личности вроде Ленина или Троцкого, стремящиеся к чему-то чистому и

высокому, легче поэтому возникают и обществах, приверженных мнению, что люди

не созданы равными. Демократическое общество, приверженное противоположному

мнению, практикует веру в равенство всех образов жизни и всех ценностей. Оно

не говорит своим гражданам, как следует жить или как стать счастливыми,

доблестными или великими.454 Вместо этого оно культивирует

достоинство толерантности, которое становится в этом обществе главным. А

если люди неспособны утверждать, что некий конкретный образ жизни выше

другого, они скатываются к утверждению самой жизни, то есть тела, его

потребностей и страхов. Пусть не все души могут быть равно доблестны или

талантливы, но все тела способны страдать, поэтому любое демократическое

общество склонно к сочувствию и выдвижению на первый план вопроса о

предотвращении телесных страданий. И не случайно, что люди в

демокра-тических странах заняты прежде всего материальными приобретениями и

живут в экономическом мире, созданном для удовлетворения бесчисленных мелких

потребностей тела. Согласно Ницше, последний человек "оставил места, где

жизнь трудна, потому что человеку нужно тепло".

"Человек по-прежнему работает, поскольку работа есть вид развлечения.

Но он осторожен, чтобы развлечение не стало слишком мучительным. Человек

более не становится бедным или богатым: то и другое требует слишком больших

усилий. Кто еще хочет править? Кто подчиняться? И то, и другое требует

слишком много усилии.

Ни одного пастуха и одно стадо! Все хотят одного и того же, все стали

одинаковыми: тот, кто чувствует иначе, добровольно отправляется в

сумасшедший дом".455

Людям демократического общества становится особенно трудно принимать

всерьез вопросы общественной жизни, имеющие истинное моральное содержание.

Мораль требует различать лучшее и худшее, добро и зло, а это видимым образом

нарушает демократический принцип толерантности. По этой причине последний

человек более всего начинает заботиться о собственном здоровье и

безопасности, поскольку здесь нет противоречий. В сегодняшней Америке мы

чувствуем себя обязанными критиковать других за привычку к курению, но никак

не за религиозные верования или моральное поведение. Для американцев

здоровье тела -- что есть и пить, какие делать упражнения, как держать форму

-- стало куда более важным делом, чем моральные вопросы, терзавшие их

предков.

Ставя самосохранение на первое место, последний человек напоминает раба

в гегелевской кровавой битве, с которой началась история. Но ситуация

последнего человека ухудшилась в результате целого исторического процесса,

который протек с .того времени, сложной кумулятивной эволюции человеческого

общества к демократии. Согласно Ницше, живое существо не может быть

здоровым, сильным или продуктивным, если не живет в определенных горизонтах,

то есть системе ценностей и верований, принимаемых абсолютно и некритично.

"Ни один художник никогда не напишет своей картины, ни один полководец не

одержит победы, ни один народ не завоюет свободы" без таких горизонтов, без

любви к работе, которую они любят "в бесконечно большей степени, чем она

этого заслуживает".456

Но именно наше осознание истории делает такую любовь невозможной. Ибо

история учит нас, что в прошлом таких горизонтов было немерено --

цивилизации, религии, этические кодексы, "системы ценностей". Люди, которые

в них жили, лишенные нашего современного осознания истории, верили, что их

горизонты -- единственно возможные. Те же, кто вошел в этот процесс поздно,

кто пережил прежние эпохи человечества, столь некритичными быть не могут.

Современное образование, универсальное образование, без которого ни одно

общество не может подготовиться к жизни в современном экономическом мире,

освобождает людей от приверженности традиции и авторитету. Люди начинают

осознавать, что их горизонт -- всего лишь один из горизонтов, не твердая

земля, а мираж, который исчезает, если подойти ближе, открывая за собой

очередной горизонт. Вот почему современный человек есть последний человек:

он изнурен историческим опытом и лишен иллюзии возможности прямого испытания

ценностей.

Иными словами, современное образование стимулирует определенные

тенденции к релятивизму, то есть учению, в котором все горизонты и системы

ценностей относительны, связаны со своими местом и временем, и никакие слова

не суть истина, но отражают предубеждения или интересы тех, кто их

произносит. Учение, которое утверждает, что нет привилегированных точек

зрения, очень точно подходит к желанию демократического человека верить, что

его образ жизни не хуже и не лучше других. Релятивизм в этом контексте ведет

к освобождению не великих или сильных, но лишь посредственных, которым

теперь сказано, что стыдиться им нечего.457 Раб в начале истории

отверг смертельный риск в кровавой битве, поскольку инстинктивно ее

опасался. Последний человек в конце истории знает, что незачем рисковать

жизнью ради какой-то великой цели, поскольку считает историю полной

бесполезных битв, где люди дрались друг с другом, решая, следует быть

христианином или мусульманином, протестантом или католиком, немцем или

французом. Верность флагу, которая вела людей на отчаянные акты храбрости и

самопожертвования, последующей историей была квалифицирована как глупый

предрассудок. Современный образованный человек вполне удовлетворен видением

дома и одобрением самого себя за широкие взгляды и отсутствие фанатизма. Как

сказал о таких людях Заратустра у Ницше: "Ибо так говорите вы: "Мы всецело

действительность, и притом без веры и суеверия"; так выпячиваете вы грудь --

ах, даже и не имея груди!"458

В современных демократических обществах есть много людей, особенно

молодых, которым мало просто одобрять себя за широту взглядов, но которые

хотят "жить в горизонте". То есть они хотят выбрать какую-то веру и

приверженность "ценностям" более глубоким, чем просто либерализм, например,

ценностям, предлагаемым традиционными религиями. Но перед ними встает почти

неодолимая трудность. У них такая свобода выбора веры, какая вряд ли была

хоть в одном обществе на протяжении всей истории: можно стать мусульманами,

буддистами, теософами, кришнаитами, последователями Линдона Ла-Руша, не

говоря уже о более традиционных вариантах вроде католицизма или баптистской

церкви. Но сама широта выбора сбивает с толку, и те, кто выберет какой-то

путь, осознают, что осталась еще куча других. Они напоминают персонажа Вуди

Аллена Мики Сача, который, узнав, что у него рак в последней стадии,

отправляется в отчаянное путешествие по супермаркету мировых религий. И

успокаивается он на выборе не менее произвольном: слушает блюз Луи

Армстронга "Картофельная голова" и решает, что все же есть в жизни истинные

ценности.

Когда общины были связаны вместе единой верой, полученной в наследство

от весьма далеких предков, авторитет этой веры принимался как данность и был

составным элементом моральной личности человека. Вера привязывала человека к

семье и к обществу в целом. Сделать такой выбор в современном обществе --

это мало требует затрат или влечет последствий, но и еще меньше дает

удовлетворения. Верования теперь больше разделяют, чем объединяют людей,

потому что слишком много есть альтернатив. Конечно, человек может вступить в

одну из многих узких общин верующих, но эти общины вряд ни будут

перекрываться с его кругом общения на работе или по месту жительства. А

когда вера станет неудобной -- если родители лишат верующего субсидии или

окажется, что гуру запускает лапу в кассу, -- то вера просто проходит, как

любая стадия подросткового развития.

Озабоченность Ницше насчет последнего человека повторялась многими

мыслителями нового времени, которые достаточно глубоко заглянули в характер

демократического общества.459 Например, Токвиль предвосхитил

озабоченность Ницше тем, что образ жизни господина не исчезнет с лица земли

с пришествием демократии. Господин, который определял закон для себя и

других, а не пассивно повиновался ему, был когда-то благороден и более

удовлетворен, чем раб. Поэтому Токвиль; считал сугубо частный характер жизни

в демократической Америке критически важной проблемой, такой, которая может

привести к атрофии моральных связей, соединявших человека с другими в

додемократических обществах. Как после него Ницше, он беспокоился, что

отмена формальных отношений господ и рабов не сделает последних собственными

господами, но ввергнет их в рабство нового вида.

"Я стремлюсь увидеть новые обличья, под которыми может появиться в мире

деспотизм. Первое, что поражает наблюдателя, -- это неисчислимое множество

людей, равных и одинаковых, неустанно стремящихся к мелким суетным

удовольствиям, которыми они перенасыщают свою жизнь. Каждый из них, живя

отдельно от других, чужд судьбе всех остальных; человечество в целом

представляют для нега его дети и личные друзья. Что же до его сограждан, он

рядом с ними, но он их не видит, он касается их, но не ощущает, он

существует лишь в себе и для себя одного, и пусть у него и существует

родство, страну он, можно сказать, утратил.

Над этой расой людей стоит огромная и покровительствующая власть,

взятая исключительно для того, чтобы обезопасить их благоденствие и

надзирать за их судьбой. Эта власть абсолютная, подробная, регулярная,

осмотрительная и благожелательная. Она была бы похожа на авторитет

родителей, если бы, как у родителей, ее целью было бы подготовить людей к

взрослости, но она, напротив, стремится держать их в вечном детстве; ее

вполне устраивает, что люди наслаждаются жизнью, лишь бы они не думали ни о

чем, кроме этого наслаждения".460

В большой стране вроде Америки гражданские обязанности ничтожны, и

малость личности по сравнению с огромностью страны заставляет первую считать

себя совсем не собственным господином, но величиной малой и бессильной перед

лицом событий, которыми она не в силах управлять. И если не говорить на

совершенно абстрактном, теоретическом уровне, в каком тогда смысле можно

сказать, что человек стал сам себе господином?

Токвиль предвосхитил Ницше в том, что слишком хорошо понимала как много

теряется, когда в обществе аристократия сменяется демократией. Последняя,

замечал он, производит меньше красивых, но бесполезных вещей, обычных в

аристократическом обществе, от стихов и метафизических теорий до яиц

Фаберже; с другой стороны, делаются в гораздо большем количестве полезные,

но уродливые веши: электрические инструменты, шоссейные дороги, "тойота

Камрис" и сборные дома. (Современная Америка сумела исхитриться и сделать
2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.